Translation of the song lyrics Унесенные ветром - Павел Кашин

Унесенные ветром (original)

То было чёрной зимой — мы думали, мы умираем
Мы думали, тридцать седьмой год нам покажется раем
Повсюду плыли мосты и полыхали столицы
И, как пустые холсты, опустошённые лица
Вдруг застывали на Невском, как на общем портрете,
А нас спасала любовь, мы ликовали как дети
Подогревая любовь неразведённым «Роялем»
Мы видели всё бытовое как из-под жёлтой вуали
Они глядели глазами, как на зайцев борзые
Как на дубовых столах мы танцевали босые
И освещая пивную, как два источника света,
Идя в реальность иную — как унесённые ветром
То было страшное время — страна застыла как студень
И лишь на грани горенья мы вспоминали, что люди
Мы сочиняли стихи, брат ополчался на брата
Мы укрощали стихию одною силою мата
И мир катился в терновник с неугасимой инерцией,
А мы хранили любовь в неумирающих сердцах
То было чёрной зимой — мы думали, мы умираем,
Мы думали, тридцать седьмой год нам покажется раем
Повсюду плыли мосты и полыхали столицы
И, как пустые холсты, опустошённые лица
Вдруг застывали на Невском, как на общем портрете,
А нас спасала любовь, мы ликовали как дети

Унесенные ветром (translation)

It was a black winter - we thought we were dying
We thought the thirty-seventh year would seem like paradise to us
Bridges floated everywhere and capitals blazed
And like empty canvases, empty faces
Suddenly they froze on Nevsky, as in a general portrait,
And love saved us, we rejoiced like children
Warming up love with an undiluted "Royal"
We saw everything household as from under a yellow veil
They looked with their eyes like greyhounds at hares
How we danced barefoot on oak tables
And illuminating the pub like two sources of light,
Going to another reality - like gone with the wind
It was a terrible time - the country froze like a jelly
And only on the verge of burning we remembered that people
We composed poems, brother took up arms against brother
We tamed the elements with one force of the mat
And the world rolled into thorns with inextinguishable inertia,
And we kept love in undying hearts
It was a black winter - we thought we were dying,
We thought the thirty-seventh year would seem like paradise to us
Bridges floated everywhere and capitals blazed
And like empty canvases, empty faces
Suddenly they froze on Nevsky, as in a general portrait,
And love saved us, we rejoiced like children