| Внутри вместо крови живая вода,
| Inside, instead of blood, living water,
|
| С того ли не терпят тебя города?
| Why don't cities tolerate you?
|
| Гниющих подвалов и каменных стен
| Rotting cellars and stone walls
|
| Тебе ненавистен с рождения плен.
| Captivity is hated by you from birth.
|
| С рождения болен бетонной чумой,
| I've been sick with concrete plague since birth,
|
| С рождения болен асфальтной войной,
| From birth, sick with asphalt war,
|
| И ветер холодный гоняет листы,
| And the cold wind drives the sheets,
|
| И каждое лето срываешься ты…
| And every summer you break down...
|
| …Каждое лето
| …Every summer
|
| Срываешься ты…
| You break down...
|
| …Каждое лето…
| …Every summer…
|
| Давно испарилась живая вода,
| The living water has long evaporated,
|
| И в прах обратились твои города:
| And your cities turned to dust:
|
| Не стало подвалов и каменных стен,
| There were no cellars and stone walls,
|
| И рухнул, казалось, асфальтовый плен.
| And it seemed that the asphalt captivity collapsed.
|
| Но где-то внутри все же гложет чума,
| But somewhere inside the plague still gnaws,
|
| Но где-то внутри полыхает война,
| But somewhere inside the war is blazing,
|
| И ветер все так же гоняет листы,
| And the wind still drives the sheets,
|
| И каждое лето срываешься ты…
| And every summer you break down...
|
| …Каждое лето
| …Every summer
|
| Срываешься ты…
| You break down...
|
| …Каждое лето… | …Every summer… |